Существенное нарушение норм процессуального права.

↑

⇐ ПредыдущаяСтр 4 из 6Следующая ⇒

В нарушение разъяснений высшего судебного органа, изложенных в пунктах 2 и 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении", принял решение, при грубом нарушении норм процессуального права.

1) В нарушение ст. 39 ГПК и ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суды обоих инстанций изменили за Истца предмет и основания исковых требований, вынесли решение, исключив требования по возмещению вреда здоровью.

Суды проигнорировали разъяснения высшего судебного в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» согласно которым, в соотношении со ст. 148 ГПК на стадии подготовки дела к судебному разбирательству суд выносит на обсуждение вопрос о юридической квалификации правоотношения для определения того, какие нормы права подлежат применению при разрешении спора и какие обстоятельства по делу являются юридически значимыми.

В настоящем случае такое действие судом первой инстанции выполнено не было, а судом апелляционной инстанции такое нарушение не устранено.

2) Суд первой инстанции незаконно исключил из числа доказательств заключения специалиста, представленные Истцом.

В нарушение ст.ст.12 59, 60, 67, 196 ГПК РФ, игнорируя принципы равноправия и состязательности сторон, суд исключил из числа доказательств представленные Истцом заключения АНО «ЭПЦ «Правовой стандарт» №09-21/ЭВК и 15-21/ЭВК по надуманным основания.

Относительно заключения №09-21/ЭВК суд голословно указал на отсутствие медицинских документов у комиссии специалистов при проведении исследования, однако каких именно, суд не сформулировал. При этом согласно исследовательской части указанного заключения, Полякова С.М. предоставила на исследование заверенные, в т.ч. Ответчиком, копии всех медицинских карт по факту ее лечения в период с августа 2019г. по 2021г. Если суд полагал, что какие-либо медицинские данные у независимых специалистов отсутствовали, то должен был указать не только перечень отсутствующих данных, но и указать влияние данного факта на объективность произведённых выводов.

Вместе с тем, при установлении неполного объема медицинских данных для исследования в период лечения у Ответчика, суд должен был учесть данное обстоятельство, как нарушение прав Поляковой С.М. (как пациента и потребителя медицинских услуг) на получение информации, в т.ч. в виде заверенных копий медицинских карт, о состоянии своего здоровья, в том числе сведения о результатах медицинского обследования, наличии заболевания, об установленном диагнозе и о прогнозе развития заболевания, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных видах медицинского вмешательства, его последствиях и результатах оказания медицинской помощи. Указанные права гарантированы Поляковой С.М. ст. 22 Федеральный закон от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", а их нарушение/ограничение Ответчиком в виде непредставления полного объема медицинских данных свидетельствует о нарушении прав потребителя и по данному основанию, о чем неоднократно было заявлено, но судом проигнорировано.

Также суд первой инстанции голословно указал на отсутствие у специалистов, принимавших участие в составлении заключения №09-21/ЭВК, специальных познаний в данной области. Однако в какой именно области не хватило знаний четырем специалистам суд не указал, точно также кому конкретно из них, тогда как сертификаты, подтверждающие квалификацию специалистов (врача-судебно-медицинского эксперта; врача – стоматолога общей практики; врача-невролога; врача-рентгенолога) были приложены к заключению. Суд не сослался на положения законодательства, которым ограничивается участие привлеченных специалистов в проведении такого медицинского исследования.

Между тем, суд не учел, что при проведении независимого исследования, комиссия экспертов произвела личный осмотр Поляковой С.М., по результатам которого был подтверждено диагностированное по месту жительства заболевание «нейропатия второй ветви тройничного нерва». Указанное заключение единственное, в котором отражено самостоятельное и полное описание инструментальных методов исследования (КТ, МРТ), от которого, например, отказались судебные эксперты, ограничившись описанием по месту проведения диагностики, а также только определением расстояния между вживленными имплантатами и визуализируемыми ветвями тройничного нерва (судом такой вопрос не ставился).

Независимые эксперты, напротив, не только полностью описали представленные CD диски с данными КТ и МРТ, но и в совокупности с проведённым осмотром Истца определили помимо прочего мигрирующую гранулему верхней челюсти справа с воспалением шейных узлов и превышением показателя раковоэмбрионального антигена.

Указанные обстоятельства судом проигнорированы, им оценка не дана.

Вместе с тем, вопреки выводам суда, заключение №15-22/ЭВК не цитирует выводы судебно-медицинской экспертизы №9-Э, а анализирует их, указывает на существенные недостатки при ее проведении, в том числе о необходимости отбора подписки у экспертов об уголовной ответственности до начала экспертного исследования, а не после окончания производства по экспертизе. Также эксперт указал не определение нейропатии тройничного нерва клиническим путем (пальпация), а не диагностическим, однако последний метод исследования является вспомогательными и позволяют определить выраженность и степень болевых ощущений.

Независимый специалист указал на недопустимость проведения судебно-медицинской экспертизы, в случае с гр.Поляковой С.М., без ее личного осмотра, тем более формулирования заочных выводов теоретического плана в рамках судебно-медынской экспертизы.

Независимым специалистом указано на отсутствие нормативно-правового обоснования выводов судебно-медицинских экспертов, что не допускается, поскольку такие выводы проверить не возможно. Независимый специалист обратил внимание на отсутствие экспертной оценки врачом-рентгенологом МРТ -исследования от 19.03.2021г, а также на отсутствие экспертной оценки в отношении КТ – исследований от 27.11.2019г., 04.01.202г., 10.01.2020г., 18.11.2020г., 04.02.2021г., 28.05.2021г. и установленных выступаний 2-х имплантатов в верхнечелюстные пазухи в динамике увеличения.

Совокупность произведённого анализа позволила независимому специалисту, в совокупности с ее пояснениями в суде, указать не неполноту судебно-медицинской экспертизы №9-Э, что стало основанием для назначения судом дополнительной экспертизы.

При таких обстоятельствах, вывод суда о недопустимости принятия заключения №15-22/ЭВК в качестве доказательства, является надуманным и необоснованным.

Суд апелляционной инстанции допущенное судом первой инстанции нарушение не устранил, ограничившись упомянанием о соответствующем доводе Истца в жалобе.

3) Судами проигнорированы грубые ошибки судебных экспертов допущенные при проведении основной и дополнительной судебно-медицинских экспертизах.

Заключения №№9-Э и №13 (9-Э/Д)  не соответствуют критериям относимости и допустимости (ст.ст.59, 60 ГПК РФ), что свидетельствует о незаконности вынесения обжалуемых судебных актов на их основе.

Судами незаконно, в нарушение ст.86 ГПК РФ, судебные экспертизы определены в качестве единственных доказательств по делу. В нарушение ст.67 ГПК РФ суды отказались от исследования, анализа м оценки иных доказательств, достоверно  опровергающих доводы судебных экспертов.

Оба заключения составлены с нарушением требований ст.8 ФЗ от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации": объективность выводов экспертов проверить не представляется возможным. Исследования проведены с несоблюдением обязательных критериев, так как отсутствует его научная и практичная основа, не обеспечена всесторонность.

В тексте исследований отсутствуют ссылки на нормативные акты (стандарты, протоколы и т.д.), которые бы позволили проверить выводы на базе общепринятых научных и практических данных.

Перечисленный список литературы в конце исследования не имеет указание на конкретный пункт и норму, соотносящийся со случаем лечения Поляковой С.М., не позволяет проверить выводы, тем более при отсутствии вообще исследовательской части заключения (имеется только перепечатанный текст медицинских документов, в т..ч не относящихся к Истцу, и позиций сторон из гражданского дела).

В двух судебных экспертизах имеются неясность и неполнота исследования, которые не устранены даже после заслушивания экспертов в суде апелляционной инстанции. Напротив, противоречия усилились, так как их выводы не соответствовали имеющимся медицинским документам, которые, как оказалось они не видела, а исследовали «обработанный» экспертом Мостовой Е.М. медицинский материал. При таких обстоятельствах, выводы экспертов не проверяемы, противоречивы даже относительно друг друга.

В настоящем случае складывалось впечатление, что эксперты сознательно исключили из исследовательской части описание инструментальных методов исследования и протоколы приемов врачами неврологом, нейрохирургом и иммунологом - аллергологом, заключения ЭНМГ, поскольку в противном случае избежать уголовной ответственности было невозможно.

При этом, эксперты взяли за основу произведенных выводов о состоянии здоровья, которые отношения к Истцу не имеют.

При таких обстоятельствах, очевидно, что дело по существу не рассмотрено, судебно-медицинская экспертиза фактически не проведена, а имеющиеся основная и дополнительные судебно-медицинские экспертизы №№9, 13 являются ненадлежащими доказательствами по делу.

4) Суд первой инстанции без мотивировки и обоснования отказал в вызове судебных экспертов для заслушивания в судебном заседании для дачи пояснений относительно  неполноты отраженных данных, выявленных при осмотре Истца; кардинально измененных оснований причин боли у Поляковой С.М. (при «возращении» «потерянной» почки перешли к остеохондрозу); исключения из исследования и анализа протоколов приема врача-невролога по месту жительства Истца с установлением диагноза «нейропатия тройничного нерва», ее нахождение на листке нетрудоспособности по данному диагнозу, с продлением нетрудоспособности врачебной комиссией; отказа от оценки и исследования представленных результатов инструментальных методов исследования  (электронейромиография от 28.04.2022г., 11.05.2022г.) с формулировкой выводов, противоположных не только установленным проявлениям при личном осмотре Истца, но и объективной диагностики.

Суд апелляционной инстанции заслушал судебных экспертов, однако их пояснения неполноту, неточность и противоречия не устранили. Напротив, было установлено, что они ограничились исследованием «обработанных» медицинских данных, которые, как известно, были искажены и из них исключены данные за неоднократно установленную Поляковой С.М. нейропатию второй ветви тройничного нерва.

5) В нарушение ст.87 ГК РФ, суд апелляционной инстанции незаконно отказал стороне Истца в удовлетворении ходатайства о назначении по делу повторной экспертизы, формально указав, что несогласие с выводами экспертов не является основанием для назначения экспертизы.

В нарушение ст.86 ГПК РФ суды предоставили безоговорочный приоритет судебным экспертизам, которые в силу указанных выше оснований, надлежащими по делу доказательствами признать нельзя.

       Неоднократно проведенные независимые диагностики состояния здоровья Поляковой С.М. и данные ее медицинской карты, опровергающие выводы экспертов судами проигнорированы, что привело к незаконному оставлению без рассмотрения по существу заявленных требований и восстановлению нарушенных прав Истца.

6) В нарушение требований ст.ст. 67, 71, 195 - 198 ГПК РФ суды не исследовали  по существу все фактические обстоятельства дела, ограничившись пояснениями Ответчика и доводами судебных экспертов, позиция которых в части причин боли у Поляковой С.М. менялась в зависимости от вида экспертизы и стадии судебного разбирательства, при этом выводы производились за пределами поставленных вопросов, заочно, с откровенным игнорированием представленных доказательств установленных диагнозов.

7) Суд первой инстанции незаконно оставил без рассмотрения заявленное стороной Истца в судебном от 28.07.2022г. ходатайство об отводе судебным экспертам, принимавших участие в дополнительной экспертизе №13 (9-Э/Д).

Суд просто сослался на ранее рассмотренное аналогичное ходатайство, заявленное стороной Истца, по результатам проведении основной экспертизы, в рамках которой у Истца была «потеряна» одна из почек.

Однако в обжалуемом решении суд не сослался на нормы ГПК РФ, ограничивающие возможность Истца кратностью заявляемых ходатайств об отводе судебным экспертам, тем более по разным основаниям.

Суд оставил без исследования и правовой оценки заявленное стороной Истца обстоятельство личного знакомства судебного эксперта Мостовой Е.М. с представителями Ответчика, которое представитель Пестова Е.Н. подтвердила (аудиопротокол от 28.07.2022г., данный представитель подтвердила оказание организацией в которой она работает услуг по получению медицинских лицензий), что исключает объективность судебных экспертиз, но подтверждает  обоснованность заявленных стороной Истца отводов судебным экспертам.

Суд апелляционной инстанции допущенные нарушения не устранил, ограничился лишь указанием, что данные доводы были проверены и не нашли свое подтверждение, что не соответствует действительности.

Под аудиопротокол судебного заседания от 09.02.2023г. суд апелляционной инстанции уточнил у представителя Истца об источнике такой информации, на что был получен ответ о ее получении от сотрудников Министерства здравоохранения Свердловской области, для чего было заявлено в суде первой инстанции ходатайство о вызове для дачи пояснений начальника отдела лицензирования, но суд отказал. Кроме того, предоставление услуг организациям по получению лицензии не отрицала представитель  Ответчика Пестова Е.Н. На этом проверка данного обстоятельства, вероятно, была завершена, но не нашла своего подтверждения и надлежащей оценки.

8) Суд первой инстанции необоснованно отказал Истцу в привлечении к участию в деле 3-х лиц, чьи права и законные интересы очевидно будут нарушены внесенным решением.

Суд апелляционной инстанции при очевидном нарушении прав 3-х лиц, решение суда не отменил, не перешел к рассмотрению дела без ограничений, предусмотренных глю39 ГПК РФ.

 В основу обжалуемых судебных актов суды положили судебно-медицинские экспертизы, которыми у Поляковой С.М. исключен диагноз «нейропатия тройничного нерва» а значит ранее произведенная оплата листков нетрудоспособности работодателем и ФСС РФ, а также оплата работы врачей при оказании Поляковой С.М. медицинской помощи по данному заболеванию, являются незаконными.

Таким образом, вынесенные судебные акты влекут нарушение иных участников гражданского оборота:

Познавательные статьи:



Психологические особенности спортивного соревнования

Приготовление дезинфицирующих растворов различной концентрации

Занятость населения и рынок труда

Социальный статус семьи и её типология