НЕОБЯЗАТЕЛЬНОЕ для прочтения приложение

↑

▷ Содержание

⇐ ПредыдущаяСтр 5 из 5

Светлое будущее

Чтобы походы могли оставаться и спортом тоже, нужна колоссальная социальная поддержка для той небольшой части походников, которые хотят (или согласны) спортивно соревноваться, которые своим примером привлекают последователей, которые находятся на пике туристских знаний и умений и готовы этим делиться с обществом. Практика показала, что даже Председатель СФ РФ, президент ФСТР эту поддержку организовать не может. Это должны быть реальные миллионы активных россиян, согласные, если что, заявить, что они тоже маленько походники, и пошевелить пальцем в пользу какого-то доброго дела.

Напомню, что в обществе достаточно выражен запрос на восстановление каких-то признаков здравого смысла в законодательстве и правоприменительной практике, в партийном строительстве, в оперативном государственном управлении. Чтобы наказания соответствовали общественной опасности деяний. Чтобы разрешающий «закон о валежнике» не оказался запрещающим. Чтобы походы, выезды на шашлыки, посещения пещер, сбор грибов не оказывались вдруг тяжкими проступками с неприятными последствиями. Этот здравый смысл продвигать и настаивать на нём сейчас некому, нет ни такой политической партии, ни такого неформального объединения. Есть частности, наподобие «Синих ведерок», адептов конкретных имитаторов оппозиционной деятельности и других безобидных и не массовых объединений по интересам.

А ведь походники – люди исключительного здравомыслия. Без здравомыслия можно, например, по 59-ФЗ через 30 дней после обращения гражданина о том, что плохо снег чистят, ответить, что снег не обнаружен, так как растаял, и нет необходимости в принятии мер. Но вот в зимнем походе неправильно, не на здравомыслии организованный костер – это голод, это смерть. Жизнь сама по себе небезопасна, и она никогда не станет безопасной – тем более в довольно агрессивном естественном окружении. Поэтому никакие попытки привлечения государственного интереса к ТССР повышением безопасности граждан в природе не могут быть осуществлены. Безопасность бывает только в дурдоме с мягкими стенами. И уж точно не в зимнем лесу и не на берегу бурной реки.

Идея обучения выживанию хороша тогда, когда есть уверенность, что выживающего вовремя начнут спасать. Выжить можно несколько часов, но не несколько месяцев (и не несколько дней – зимой). Ключевая компетенция походников – не выживать, а жить в природной среде, при этом будучи отягощенными грузом, недостатком снаряжения, прочими ограничениями. Я недавно наблюдал эпизодическое появление в походе околосорокалетнего участника, в десятилетнем прошлом – чемпиона России (не МС, увы), участника нескольких походов 6 к.с. Он из зимнего леса как будто бы и не уходил – просто пришел и начал в нем уверенно жить, уверенно действовать по обеспечению бивака, по работе на маршруте и т.д.

Мы же не боремся с природой, не покоряем вершины и пороги, не побеждаем зимние заносы и сугробы, не выживаем в дождях и метелях. Мы в них живем, и нам нет необходимости выживать, надеяться на чью-то помощь, бороться и искать, найти и не сдаваться – точно так же, как нет этой необходимости в обычной жизни. Этим походники-стажисты категорически отличаются от молодежи, пытающейся зайти за гидом на Эльбрус, сплавиться по Чулышману или прогуляться зимой на Мань-Пупу-Ньер. Они жизнеспособны только до того момента, когда что-то пойдет не так. Для жизнеспособности всегда, для создания и сохранения методов жизни (в актуальных законотворческих условиях, на актуальном снаряжении и т.д.) как раз и нужны эти редкие и немногочисленные спортивные походы высшей сложности, проходимые, с одной стороны, на пределе возможностей, а с другой – просто в рамках привычной жизни походников, без героизма и душевного надрыва. Нужна их квалификационная и (высокая!) общественная оценка, нужно их признание. Нужно восхищение теми, кто на подобное способен. Примерно то же самое (см. выше) я написал в «идеологии».

И ведь это многие понимают, и многие видят, что помощи-то «когда что-то пойдет не так» ждать неоткуда. Негативными отзывами о «помощи» от 112 полны и Интернет, и слухи, и даже СМИ иногда.

Таким образом, выделились несколько оснований для создания светлого походного будущего, имеющего центральной и неотъемлемой частью немногочисленные походы высшей сложности, в виде общенационального общественного движения:

1. Движение здравого смысла. Дефицит здравого смысла в нашей жизни очевиден, а природа допускает только здравый смысл. Будем ближе к природе, будем всё оценивать с позиции здравого смысла.

2. Движение возможности жить в природе, не противоборствуя с ней, любя её, преклоняясь перед ней, умея жить в ней в (почти) любых непредвиденных условиях.

3. Движение патриотизма – потому что любить можно только то, что хорошо знаешь, а узнать природу, выглядывая через плечо гида, по-настоящему нельзя.

4. Движение дружбы и взаимоподдержки – столь редкой сейчас во всем остальном.

Это примерно то же самое, что я предлагал в 2010 году – этакая неполитическая то ли партия, то ли не партия; сетевая структура с неопределенным центром, тем не менее, способная решать какие-то свои проблемы. Иерархически это может выглядеть примерно следующим образом:

1. Туристско-спортивный союз России – общенациональное общественное движение всех, кто причастен к активному отдыху на природе, от шашлычников до руководителей походов высшей сложности, призванное… см. выше «идеологию».

2. Союз походников: обмена опытом, обучения, оценки походов в системе МКК (которая требует срочного ребрендинга и переустройства, см. выше «принципы-2010» – пока есть ещё 40-летние, а не только 50+ летние руководители).

3. Федерация спортивного туризма РФ: вида спорта, одной из дисциплин которого являются спортивные походы (маршрут).

4. Всё остальное, что должно быть внутри федерации – всякие судейские коллегии, календари, чемпионаты, спортивные разряды и звания и т.д. и т.п.

Разрыв между иерархическими уровнями должен быть огромным – например, весь союз это десять миллионов человек, походников – полмиллиона, федерация – десятки тысяч. В этом случае (и только в этом случае) Союз хоть как-то сможет влиять на происходящее, обеспечивая жизнедеятельность сначала походников (вообще, в принципе), и потом спортивных походников.

Примерно так устроена, например, ФАР (насколько это видно со стороны) – только 1-й уровень там международный (UIAA), а не национальный. Но международный уровень для походников создать невозможно, потому что только в очень небольшом количестве стран возможны те достаточно автономные походы, которые учат жить в природе, не возвращаясь на каждую вторую ночь в деревню (и актуальна эта проблема, пожалуй, только для России и нескольких отдельных стран бывшего СССР).

К примеру, если мы хотим, чтобы свидетельство о предварительной (опциональной) регистрации спортивного маршрута в МКК начало иметь вес в глазах инспектора ООПТ, пограничника, полицейского, проводника в поезде, нас в этом должно поддерживать критическое количество активного населения. По разным оценкам, это от 0.5% до 1.5%, то есть от 0,7 до 2 миллионов человек в РФ. В таком случае, положительное решение вопроса вполне возможно. Учитывая, что не каждый и не всегда согласится что-то поддержать – как раз получаем нижний порог влиятельного Союза в 8-10 млн.

Дальше развивать идею Союза можно и несложно, но это очередной большой труд. Появится реальный заказчик – могу высказаться более конкретно. Очевидно, что подобная массовость, безусловно, станет привлекательной для различного рода «инвесторов» – финансовых, административных, политических, к сожалению, и для силовых структур тоже. Поэтому следует уделить очень большое внимание её формальной и неформальной организации: сетевой самоподдерживаемой системе, атрибутике, системе принятия решений, взаимодействии с властными и не властными структурами.

Создание подобного движения, безусловно, опасно – как вообще опасна жизнь. Но в случае успеха полезное действие «социальных витаминов» походов, взаимоподдержки, природности и патриотизма может оказаться полезным и востребованным широкими кругами общества. Ведь для общества действительно было бы очень полезным обрести новые возможности, новые умения, новую уверенность.

И хоть какой-то свет в конце туннеля.

Никогда не писал о себе подобного текста, но для того, чтобы придти к выводу в конце его, он необходим, к большому моему сожалению. И ещё неприятно, что придется много раз писать «я», но ведь автор текста – это я. Так что придется.

Я не случайный человек в туризме. Руководитель с 1988 года, мастер спорта, инструктор международного класса, заслуженный путешественник России, чемпион и неоднократный призер чемпионата России. Я прошел четыре пешеходных похода 6 к.с. по Полярному и Приполярному Уралу; наша шестерка по Полярному была первой пешеходной шестеркой в том районе в истории советского и российского туризма. Вообще слово «впервые» неоднократно достигалось за то время, пока я ходил сложные походы. Бросил я их из-за появления внучек, с которыми мне ходить кажется более важным, чем в очередной раз бороться за медали.

(Собственно, я полагаю, пеший поход 3 к.с. с участием 4-х и 5-ти летних девочек в 2017 г. нашей семьей был проведен не просто впервые, но так и остался единственным. Мы прошли 6 перевалов н/к-1Б, в т.ч. одно первопрохождение. Мне неизвестны другие примеры таких походов.)

С 2008 по 2013 г. я по приглашению С.Н. Панова был членом президиума ТССР. Довольно быстро мне стало понятно, что не все в СУ ТССР хорошо. Я делал множество предложений, которые могли бы (с моей точки зрения) что-то в те года исправить, все уже и не вспомню, наверное. «Отвязать» систему МКК от федеративных членских взносов, чтобы МКК свободнее работалось, чтобы их было больше. Вообще приложить все возможные и невозможные усилия, чтобы сохранить систему МКК как основу «наших» походов. Сделать электронный реестр МКК, чтобы вся работа сразу была видна, чтобы через него выдавались все справки (и сразу получался рейтинг регионов). Сделать более прозрачной и открытой систему обсуждений изменений, систему управления ТССР – для этого я разработал специальный сайт. Сделать электронную МКК – для этого я сделал другой специальный сайт, его небольшая часть много лет использовалась как хранилка присвоенных инструкторских званий. Перейти от архаичной маршрутной книжки к одному легко заполняемому листочку. Сделать (далее длинный список, чего именно), чтобы сохранить и преумножить количество настоящих походников. Создать политическую или не политическую партию «туристы России». Присвоить Александру Эдмундовичу Миллеру «Выдающегося путешественника», чтобы не одни полярники и яхтсмены считались выдающимися, но и походники тоже. Улучшить, сделать более современной текущему моменту систему подготовки кадров туризма. Решать вопросы доступа по маршрутке в ООПТ и в погранзоны. Изучить вопрос перехода в ведомственно-прикладной спорт, чтобы получить более широкие возможности по специализации вида, чем их согласен дать Росспорт. Сделать в каком-то смысле спортивные походы обязательными для студентов ВУЗов – то есть включить вспомогательным пунктом в мониторинг деятельности; по этому поводу я интереса ради написал письмо С.М. Миронову в порядке 59-ФЗ и, разумеется, получил отписку. Переработать пешую методику – этим я занимался более 10 лет (не один, конечно), и это стало причиной моего отхода от дел.

Когда подготовленная пешей комиссией методика была внезапно и коварно не принята по одному слову И.Е. Востокова (а перед этим он делал вид, что категорически поддерживает её), когда С.И. Костин вдруг потребовал её согласования с горной комиссией – я понял, что нет смысла прилагать усилия там, где они не требуются. Где всё решают четыре известных человека, а всё, что не подходит им – категорически и без объяснений отвергается. Как известно, и сейчас актуальной является слегка обновленная пешеходная методика И.Е. Востокова, а не подготовленная комиссией. Полагаю, что после того, как скончался Д.В. Шорников, большой энтузиаст пересмотра этой методики, нет смысла даже поднимать вопрос её изменения.

Кстати для меня, вскоре подоспело новое, очередное ужесточение правил. Регионам (хоть численностью 0,2 млн., хоть численностью 2-4 млн. человек) было оставлено ровно по одному месту в комиссиях, и я из пешеходной предсказуемо вылетел.

Позже я много раз (в режиме фантомных болей по прошлому) я предлагал очередные изменения, критиковал новые дурацкие ограничения, рецензировал документы и т.д. Я доктор наук, профессор, поэтому вполне могу оценить чужую мысль и выразить свою. В порядке эксперимента я придумал ещё один сайт – сервис, объединяющий спортивных и неспортивных туристов, пытался продвигать его. У коммерсантов это особого интереса не вызвало, а вот когда никому неизвестные молодые промоутеры сайта обращались к функционерам ТССР регионального уровня, то получали яростный отпор вплоть до «поймаю – убью» с огромным количеством восклицательных знаков.

А идея-то, может, и не плохая была. Вот about с покойного сайта:

Что такое «Союз спортивных туристов»? Это организация. Так уж принято у нас, что серьезные дела нельзя делать без организации: для этого малые сначала должны сгрудиться в партию ©. Чтобы считать себя членом ССТ, надо ходить в походы или уважительно относиться к ним, больше ничего не надо. В ССТ нет руководящих органов, нет опасности быть исключенным за неправильное поведение, нет финансово-хозяйственной деятельности. Есть люди, которые хотят, чтобы спортивные походы были. Однодневные, полугодовые, чемпионские, инвалидские, с хмельдонием и без него – любые, каждому свой. Люди, которые ходят в походы. Люди, которые вспоминают, как они ходили в походы. Люди, которые передают своим и чужим детям мечту о том, что будут ночи у костра, когда вокруг качались ели, когда все вместе до утра...

Вот они, спортивные туристы. А вот союз для них.

Что с Вас за вступление в союз? А ничего. Просто будьте. Просто искренне желайте, чтобы то, что мы знаем как спортивный туризм, не заканчивалось вопреки всему. Как можно сильнее желайте: ведь желания – страшная сила. Вот и давайте желать вместе, по возможности, помогая друг другу.

Сайт «Союз спортивных туристов» создан для того, чтобы люди, обладающие реальным опытом сложных походов, могли принять участие в оценке любых походов – спортивных или коммерческих. Оценка производится в соответствии с правилами и методиками, принимаемыми Федерацией спортивного туризма РФ (ФСТР), однако сайт никак не связан с ФСТР, и все действия, выполняемые участниками сайта, не имеют никакого отношения к выполнению ими же должностных или добровольных обязанностей в системе ФСТР.

«Фантомные боли» несколько интенсифицировались за последнее время после обращения ко мне вице-президента В.Н. Гоголадзе: он попросил поделиться идеями в рамках вечного вопроса «Что делать?». Я подготовил для него несколько документов, в т.ч. вышеприведенную «идеологию», высказывал мнения по другим документам. В принципе, вопросы-то интересные, дело полезное. Этот документ, который вообще вряд ли кто-то когда-то полностью прочитает, родился тоже его подачи.

Но есть одно «но».

Ни одно мое предложение за прошедшие года не было принято, не получило развития. Бо́льшая часть даже не была обсуждена.

Хотя нет, одно принято. Мой вариант методики оценки пеших походов с некоторыми уточнениями принят РТСС Беларуси.

Это не претензия, не обида, просто констатация факта. Совершенно не обязательно принимать или рассматривать всерьез мои предложения, кем бы я ни был – хоть членом, хоть просто деревенским чемпионом в прошлом. Совершенно не исключаю, что они неправильные, бесперспективные, низкокачественные.

Но тогда зачем мне тратить время на их подготовку? Вот этот текст у меня отнял три недели (не непрерывного труда, конечно, но я ходил и думал о нём, а не о чём-то другом, полезном и перспективном для себя или для того, что я действительно могу в жизни изменить). Я практически уверен, что большинство тех, немногих, кто найдет время и желание его одолеть, фыркнут и скажут – ну и фантазёр. Для меня не возникает никакой практической пользы от напряжения мозгов с целью создания новых и новых текстов; я не планирую и не имею возможности, скажем, возглавить «новый ТССР» или получить в нем хлебную должность, вернуться в существующую систему управления ТССР и получить от этого какое-то моральное удовлетворение, увидеть позитивные результаты моих дел и возрадоваться.

Я могу ходить в походы, в те, в какие могу, и с теми, с кем могу. Могу писать книги про туризм, беллетристику, учебники и справочники. Могу учить походников. Могу консультировать всех желающих по Полярному и Приполярному Уралу. Могу иногда вычитать чужой документ и предложить что-то улучшить.

Чем и занимаюсь.

Если я ошибаюсь, и всё в перспективе хорошо – то мои интеллектуальные потуги, действительно, никому не требуются. Если не ошибаюсь – то я не ошибаюсь также и в оценке печальных перспектив, сделанной выше. Вряд ли мне, учитывая предыдущий опыт, удастся здесь что-то изменить.

Поэтому это последний мой программный текст о развитии походного туризма.

Спасибо, что дочитали его до конца J

Познавательные статьи:



Техника прыжка в длину с разбега

Тактические действия в защите

История Олимпийских игр

История развития права интеллектуальной собственности